Рекомендую посты об образовании

воскресенье, 13 мая 2012 г.

О генплане перестройки здания школьного образования

А.М. Каменский, Е.А. Ямбург, В.Н. Ардабьев 
В статье («Новая Газета», 11.05.2012) безмерно мною уважаемого Е.А. Ямбурга я прочитал басню-притчу Д.Х. Риверса «Школа для животных». Ниже я её полностью цитирую. Зачем? А только затем, что такую статью надо читать полностью. В анонс статьи Евгений Александрович ставит следующий абзац:
Отсутствие ясного понимания целей и смыслов реформирования образования крайне опасно, поскольку ошибки в целеполагании и проектировании неизбежно приводят к перекосам в возводимых конструкциях «нашей новой школы» (так именуется президентская инициатива). Перекосы, соответственно, порождают глубокие трещины и грозят скорым обрушением всему зданию. Трещины эти стремительно распространяются по всему сооружению — от фундамента до крыши. Следовательно, прежде чем отвечать на вопросы о целях и путях реформирования образования, необходимо оценить результаты ударной стройки, развернувшейся под девизом «модернизации».
В статье образно, убедительно и наглядно показаны «перекосы в возводимых конструкциях «нашей новой школы», которые, соответственно, порождают глубокие трещины и грозят скорым обрушением всему зданию.».
Нам бы всем после прочтения статьи поискать способы устранения этих перекосов, т.е., «перепроектировать строительную документацию» здания образовательной системы. А после этого убедить заказчика строительства проводить «модернизацию системы образования» а не «модернизацию экономики образования и его сервисного обеспечения».  У любой перестройки должны быть свои инженеры, прорабы и, конечно, экономисты и бухгалтеры. Только бухгалтеры должны заниматься свои делом а инженеры своим!
Ну, и наконец, обещанная притча-басня «Школа для животных»:
Однажды животные решили, что должны совершить что-нибудь героическое, чтобы достойно решать проблемы «нового мира». И они организовали школу.
Они составили программу занятий, которая состояла из беганья, лазанья, плавания и полета. Чтобы было легче контролировать выполнение программы, она была одинаковой для всех животных.
Утка отлично преуспевала в плавании, даже лучше своего наставника, но у нее были посредственные оценки за полет и еще хуже — за бег. Поскольку она так медленно бегала, ей приходилось оставаться после уроков и отказываться от плавания, чтобы учиться бегу. От этого ее бедные лапки совсем ослабли, так что она и плавать стала неважно. Но посредственные оценки по этой школе засчитывались, так что никого это не беспокоило, кроме самой утки.
Кролик сначала был лучшим в классе по бегу, но у него случился нервный срыв из-за того, что нужно было так много наверстывать в плавании.
Белка была отличницей по лазанью, но вскоре у нее начались неприятности на занятиях по полету, где учитель заставлял ее взлетать с земли, а не спускаться с верхушки дерева. У нее также произошел срыв из-за переутомления, и она получила тройку за лазанье и двойку за бег.
Орел вообще оказался трудным учеником, и его постоянно строго наказывали. На занятиях по лазанью он первым добирался до вершины дерева, но упорно делал это по-своему.
В конце года аномальный лось, который умел отлично плавать, а также бегал, лазал и немного летал, получил самые высокие средние оценки и выступал на выпускном вечере от имени своего класса.
Луговые собачки не стали ходить в школу, потому что администрация не включила в программу рытье нор. Они научили своих детей охотиться и позднее, объединившись с лесными сурками и сусликами, создали преуспевающую частную школу.